Путешествия дипломатических миссионеров: Плано Карпини, Асцелина и Руйсбрёка к
великим монгольским Ханам, а в особенности 26-ти летние странствования
гениального Венецианца Марка-Паоло — Колумба Внутренней Азии —
представляются глазам нашим как первые маяки, осветившие вековую мглу, лежавшую
на этом крае и сквозь которую ученые тщетно искали проникнуть до истины по шатким
указаниям греческих и римских географов.
Между тем, постепенные открытия новых торговых путей через Египет и мыс Доброй
Надежды, в ХУ столетии, равно как и междоусобные войны наследников Чингиса и
Тамерлана, нечувствительно отвлекли европейскую деятельность от внутренних земель
азиатского материка.
С ХУШ века наступает новая эра для Географии этой части света.
Два могучие влияния постепенно возрастают в Азии: на Севере — Россия, с глубоким
значением своего [23] географического и народного положения; на Юге — Англия, с
свойственным ей духом исследования — движимая неутомимыми пружинами
колоссальной мануфактурной промышленности, принужденной искать везде сбыта для
своих произведений.
Между этими двумя сильными деятелями христианской образованности, лежат две
различные группы народов, которым, равно как и водам рек их — снежный Болорский
хребет с нагорною площадью Памир служат меридианнымразделом. К Северо-Западу
от этого раздела живут, на обширных степях Турана, общества мухаммеданского
вероисповедания, раздробленные, отчасти пастушеские, без единства и без связи между
собою.
На востоке же кроется, слитая в одно целое и частью сжатая масса людей, с древней
образованностью, которая, развившись медленно сама из себя в несколько тысячелетий,
чуждается и по ныне всякого соприкосновения с остальным человечеством.
Еще в первом периоде владычества Ост-Индской Компании, Петр Великий, окинув
метким взором будущность России, постиг всю важность русского влияния на Восток.
Сближая ее могучею рукою с Европой, он в то же время хотел усилить влияние и
торговлю ее в Азии. Во имя будущей России гений Петра обнимал и Запад и Восток
старого материка.
Виды его на Среднюю Азию известны. Протекшие уже почти полтора столетия мало
изменили основную верность их.
Не одни золотоносные россыпи, как некоторые неосновательно полагают, увлекали
заботливость Петра — инструкции, данные им Князю Бековичу и Подполковнику
Бухтольцу, равно как и строгая последовательность его начальной мысли в
предписаниях, начертанных им Подполковнику Ступину и Генералу Лихареву,
доказывают, что взгляд и воля его проникали далее.
Может быть, мысль Петра, ясно сохранившаяся в дошедших до нас документах, не
могла вполне осуществиться [24] прежде усмирения Калмыков, Башкир и Кыргизов —
но эта мысль была велика и верна в своем основании:
Изыскать старинное русло Аму-Дарьи, для возвращения ее водам прежнего их течения
к Каспийскому морю;