8 
НОВИКОВА, АЛЬДЯКОВА
В связи с тем, что взаимосвязи между растительностью и остальными компонентами в
каждом конкретном ландшафте достаточно тесные, 
растительные сообщества и даже
отдельные виды растений были использованы в качестве индикаторов стадий развития
ландшафта в процессе опустынивания — (табл.1). Такими индикаторами начальных фаз
автоморфного — развития — служило — появление — пустынных 
— видов 
— — терескена
(Кта5бетмтптКоу1а сегаю14е5) и итцегека (Апаба51$ арбуПа), черного саксаула (Наюху1оп
арбвуПит). В настоящее время они активно завоевывают позиции в приморской части дельты
в ландшафтах прирусловых валов.
Физиономичность растительного покрова 
и 
образуемые им 
цветовые оттенки 
на
синтезированных цветных изображениях, полученных по 
материалам многозональной
(мультиспектральной) 
космической — съемки, 
обеспечило — достаточно — достоверное
дешифрирование используемой дистанционной информации.
В связи с тем, что водный фактор является ведущим в динамике ландшафтов приморской
части дельты Амударьи и обсохшего дна Аральского моря, предварительно были выполнены
работы по изучению изменения влагообеспеченности территории за период с 1991 по 2000
гг., — намеченный срок для изучения и картографирования изменений пространственной
структуры и внутренних процессов в ландшафтах. Для этого были проанализированы:
колебания величины атмосферных осадков и температуры (как среднемесячные значения за
год, так и в течение вегетационного периода), величины притока речной воды к дельте и
конечным гидрологическим постам; изменение минерализации воды в реке и водоемах. В
результате анализа полученных графиков, характеризующих соотношение этих показателей
во временном аспекте, были выделены "многоводные" и "маловодные" годы. Это позволило
правильно 
подобрать исходную космическую информацию 
и 
данные разногодичных
наземных исследований для последующего изучения изменения поверхностного обводнения
территории по годам. Основную цель такого исследования составляло выявление участков,
имеющих либо постоянное, либо периодическое (как в течение года, так и за весь изучаемый
период) 
заливание. 
Дополнительно 
выявлялись 
участки 
территории, 
испытывающие
постоянное или периодическое подтопление близко залегающими грунтовыми водами.
Помимо открытой водной поверхности и растительного покрова непосредственно в
рисунке 
и 
цветовой гамме 
изображения находят отражение стадии развития таких
экзогенных процессов, как эоловые и солончаковые. Это позволило определять их по
прямым дешифровочным признакам. Такие процессы, как суффозия, аккумуляция аллювия,
— определялись лишь по косвенным признакам, по тем ландшафтам, в которых они могут
проявиться. Подтверждение развития этих процессов потребовало специальных натурных
обследований.
Объективную информацию о динамике ландшафтов на исследуемой территории дельты
и обсохшей части морского дна за изучаемый период, подтверждающую полученные
результаты по материалам космической съемки, дало изучение изменения глубины залегания
и минерализации подземных вод по данным в сети гидрогеологических скважин. Именно эти
данные позволили подтвердить позиции того или иного ландшафта в общей динамической
системе территории, представленной в виде блоковой схемы (табл. 2).
Таким образом, методика изучения динамики ландшафтов и их картографирование
основывались на сравнении содержания ландшафтных контуров на схемах дешифрирования
снимков разных лет. Карта 
динамики — ландшафтов — приморской 
части 
Амударьи
разрабатывалась для — представления в двух видах: в электронном 
— в виде отдельных
слоев 
и 
на твердом 
(бумажном) 
носителе. 
В 
электронном 
варианте 
карты каждая
характеристика динамики ландшафта получила отображение в виде самостоятельных слоев:
— Изменение динамических позиций ландшафтов за изученный период времени (с 1991
по 2000 гг.) как изменение в системе их естественного развития: аквальный ландшафт =>
субаэральное развитие: гидроморфная стадия => полугидроморфная стадия
АРИДНЫЕ ЭКОСИСТЕМЫ, 2003, том 9, No 18