15. Старшими адъютантами штаба были назначены: генерального штаба капитан
Иванов и Уральского войска эсаул Сладков. Заведывание артиллерийскою частью
отряда было поручено полковнику Константиновичу; заведывание инженерною частью
отряда — капитану Красовскому; помощником к нему был назначен подпоручик
Саранчов; начальником кавалерии — полковник Леонтьев; заведывающим
интендантскою частью — капитан Эсмонтов. При начальнике отряда состояли:
подполковник Соколов, майор Ладыженский, поручик граф Шувалов, ротмистр
Мореншильд и штабс-капитан Геринг. Кроме того, для поручений по интендантской
части при нем же находились: майор Навроцкий и капитан Лукин.
16. Пехота была вооружена игольчатыми ружьями системы Карле, вопреки заявлению
корреспондента ”Русского Инвалида”, Г. В., утверждавшего, что солдаты имеют ружья
системы Крика (см. No Р. И.), во всем отряде не было ни одного ружья этой системы.
17. За исключением припасов Общества попечения о больных и раненных, которые
везлись на счет Общества.
18. Кроме этих войск, при отряде находилось сто киргизских всадников-джигитов с
самым разнообразным вооружением. Все они были выставлены киргизскими общинами,
снабдившими каждого из них 2 лошадьми и деньгами на продовольствие. Эти джигиты
имели своего начальника, которому подчинялись начальники полусотень и десятков.
Во время движения по степи они приносили большую пользу. По вступлении же в
хивинские пределы джигиты никак не могли освоиться с мыслью, что находясь в
неприятельской стране, нельзя грабить, а потому, после нескольких беспорядков,
большая часть их была отпущена по домам. Кроме джигитов при отряде находились
вожаки и чабары. Первые, отлично зная местность, служили проводниками, вторые же
возили корреспонденцию.
19. Для того чтобы контрагент не мог поставить слабосильных и молодых верблюдов,
была составлена особая коммисия из нескольких штаб и обер-офицеров, принимавшая
только тех верблюдов, которые в состоянии были поднять груз в 17 пудов.
20. Чтобы сберечь казачьих лошадей, которые вообще были крайне изнурены, дальше
разъезды высылались из джигитов, которые все были о двуконь. Когда отряд двинулся
с Исен-Чагила и авангарда не было, то разъезды высылались от первого эшелона.
21. Собственно до мыса Урга приходилось высылать разъезды в одну сторону так как
отряд шел почти над краем Чинка.
22. Во все время похода верблюдовожатые, также как и джигиты, должны были
кормиться на свой счет; едва-ли это было рационально, так как вследствие этого они
страшно бедствовали. Некоторые из них, кто побогаче, имели с собой запас крупы и
муки, но к массе вполне можно применить слова: ”ни сеют, ни жнут, ни собирают в
житницы”. Зачастую приходилось видеть, как около околевшего верблюда толпилась
масса лаучей, отрезывавших от трупа кто что может, чтобы потом из этого сделать себе
обед. Мудрено ли, что под давлением крайней нужды они делали иногда похищение из
перевозимой ими провизии. Жалостливые солдатики часто делились с ними своим
пайком и смотрели сквозь пальцы на опустошения, производимые ими в кулях с
сухарями.
23. Первое время наблюдение за обозом было возложено на дежурного по отряду;
однакоже опыт показал неудобство такого порядка и потому до вступления в район
34