женитьбе шаха на дочери Суфьяна не помогает нам разрешить это хронологическое
противоречие, так как пока не находит себе подтверждения в персидских источниках®'°. Во
всяком случае, кратковременное царствование Суфьян-хана началось и окончилось между
1525 и 1535 годами.
Племя эрсари, жившее около Балхана, убило сборщиков податей хана, который
вследствие этого предпринял 
поход против туркмен. 
По этому поводу описывается
местность по Амударье ниже Ургенча в следующих словах®'®:
"В то время““ идти от Ургенча к Балхану значило идти от одного аула к другому, так
как река Аму, пройдя мимо подножия ургенчской крепости, направлялась к восточному
[краю] Балханских гор; дойдя до подножия гор, она меняла направление кибли (юго-
западное) на западное“”!, дальше текла к Огурче и впадала в Мазандеранское море. По
обоим берегам Аму-Дарьи до Огурчи были пашни, виноградники и рощи“**. Весной [жители]
удалялись на возвышенные места; владельцы стад в период оводов и комаров уходили к ко-
лодцам, находившимся на расстоянии одного или двух переходов, а после исчезновения
комаров возвращались к берегу реки; населенности и цветущему состоянию [местности] не
было пределов. От Пишгаха (букв. "Передняя часть", "Фасад") до [урочища] Кары-кичит
(букв. "Старушечий брод") жило племя адаклы-хызыр, от (урочища) Кары-кичит до западной
стороны Балханских гор по обеим берегам — племя али“^”, оттуда до места впадения [реки]
в море — племя®** тиведжи ("погонщики верблюдов"). Но не будем больше отклоняться от
своего рассказа".
Пишгах упоминается у Абулгази несколько раз; из его слов видно, что так назывались
колодцы на расстоянии одного большого перехода от Ургенча®*°, притом на левой стороне
реки, так как на пути из Пишгаха в Ургенч приходилось переправляться через Амударью; к
Пишгаху приходили направлявшиеся к Ургенчу от колодцев Куртыш“*°. Урочище Кары-кичит
упоминается только в этом одном месте, так что местоположение его остается неизвестным;
вероятно, оно находилось ниже порогов, так как название племени адаклы, несомненно,
имеет связь с названием урочища Адак.
Суфьян-хан разбил туркмен; остатки их бежали в урочище Чутак, находившееся в
трех переходах к северу от Балхана. Абулгази много раз лично посетил это урочище; оно
было почти недоступно для нашествия врагов, так как в него вела только узкая тропа, но
было совершенно лишено воды; если бы не последнее обстоятельство, то урочище могло
бы выдержать без вреда самую продолжительную осаду“”. Недостаток воды заставил
туркмен сдаться и прибегнуть к заступничеству младшего брата хана, благодаря которому
они получили помилование. Все племена были обложены данью; племена, жившие по
Амударье и носившие общее название уч-иль ("три племени"), платили десятину со всех
пашен; с племен али и тиведжи взимался также налог со стад; племя адаклы должно было
доставлять хану нукеров®®.
Все эти подробности в устах автора, достоверность которого вообще признает сам де
Гуе“”°, несомненно, заслуживают внимания и едва ли позволяют принять объяснение
рассказа Абулгази, предложенное тем же ученым. Абулгази прожил среди балханских
туркмен около двух лет*®° (1639—1641); в это время он, по мнению де Гуе, видел русло
Узбоя и слышал о нем рассказы от туркмен. Кочевники знали только, что когда-то здесь
протекала Амударья; для обозначения далекого прошлого у необразованных людей нет
более сильного выражения, как "сто лет тому назад"; такое же выражение о старом русле
реки употребили балханские туркмены в разговоре с путешественником Вудруфом, бывшим
здесь в 1743 году331. Тоже самое, вероятно, слышал Абулгази, но понял слова "сто лет"
буквально; поэтому он в своих рассказах о походе Суфьян-хана и других событиях первой
половины Х\! века исходил из того представления, что в эту эпоху река доходила до
Балханского залива, и соответственно этому излагает происходившие в этой местности
военные действия и т.п.°%. Теперь, когда известны рассказ Захир ад-дина о плавании
сейидов и рассказ Хондемира о походах Хусейна, едва ли можно утверждать, что рассказ
Абулгази стоит так одиноко среди других известий, как полагал де Гуе, и едва ли может быть
оправдано безусловно скептическое отношение к этому рассказу, тем более что в самом
тексте Абулгази нет никаких неясностей и противоречий. Две странные фразы, отмеченные
в монографии де Гуе (в одной говорится, что река только от Балхана принимает юго-
западное направление, в другой — что пашни вдоль реки составляли "непрерывный ряд"),
находятся только в переводе Демезона, которым пользовался де Гуе, а не в подлиннике. Де
Гуе видит "непримиримое противоречие"*%% еще в том, что жители берегов реки, с одной
29
329