до крайнего предела давки на место, которое называется Шаур“'“, я не был в состоянии
пробраться через это место вследствие чрезвычайной толкотни; хотел я вернуться, но
[также] не мог вследствие множества народа. Я растерялся и возвратился [лишь] после
больших усилий. Один из народа сказал мне, что в пятницу на этом рынке [бывает] меньше
давки, потому что они (хорезмийцы) запружают [в этот день] Кайсарийский базар и другие
рынки*°... За чертою Хорезма — река Джейхун, одна из четырех рек, которые [текут] из рая.
Во время стужи она замерзает, как Итиль; люди ходят по ней, и она остается замерзшей 5
месяцев. Иногда ходили по ней в то время, когда она начинала распускаться, и погибали. В
летнее время ездят по ней в судах до Термеза и привозят оттуда пшеницу и ячмень. Для
спускающегося вниз [по реке] это переезд в 10 [дней]. За Хорезмом [находится] скит,
построенный над могилой шейха Неджм ад-дина ал-Кубра, одного из великих праведни-
ков"?!6,
Из 
произведений Хорезма 
путешественник с особенным 
восторгом 
говорит 
о
хорезмийских дынях, которые, по его словам, вывозились "из Хорезма в самые крайние
земли Индии и Китая". Из Хорезма Ибн Батгута отправился в Бухару; по его словам, "это
[составляет] путешествие в 18 дней по пескам, где нет ни села, ни города единого?'”... Мы
ехали 4 дня и прибыли в город Кят. Кроме его, по этой дороге нет [другого] поселения"^'8. Из
Кята Ибн Батгута отправился "по дороге, известной под названием Сепая"; на этом пути
ехали шесть дней по безводной местности, потом прибыли в селение Вабкену (Вафкенд),
откуда был еще день пути до Бухары?'°.
Под названием города Хорезма Ибн 
Баттута, 
конечно, описывает Ургенч. 
Как
известия об Ургенче после монгольской эпохи, так и направление русла 
| 
Кунядарьи
показывают, 
что 
город 
находился 
на 
правой 
стороне 
тогдашнего 
главного 
русла
Амударьи*“, так что Ибн Баттута на пути из Ургенча в Кят мог переправляться только через
боковые протоки реки. Совершенно неосновательно де Гуе ставит нашему автору в упрек,
что он не упоминает о переправе через Амударью””!. Рассказ о путешествии через Кят в
Бухару показывает, как мало страна, за исключением столицы, успела оправиться от
монгольского нашествия. Слова о "дороге на Сепая" (букв. "три ступени")*** показывают, что
Ибн Баттута покинул берег реки значительно выше Кята; станция Сепая, по рассказу
Истахри, находилась в 4 днях пути ниже Амуля (Чарджуя) и в 3 днях выше Даргана?”. По
той же дороге, как мы увидим дальше, совершал свои походы на Хорезм Тимур.
Со времени хана Узбека (1312—1340) получил развитие также упомянутый торговый
путь из Европы в Азию. Средоточием торговли Южной России с Европой и мусульманскими
странами издавна служил город Судак (собств. Сугдак) в Крыму, впоследствии также
основанная генуэзцами Кафа (Феодосия). После 1316 г. в Тане, при устье Дона (ныне Азов),
образовалась генуэзская, в 1332 г. венецианская колония*: этот город сделался исходным
пунктом торгового пути на Восток. Наиболее подробные данные об этой торговле дает
Бальдуччи Пеголотти”®, находившийся на службе у флорентийской компании Барди и
написавший свое руководство для купцов около 1340 года. В этой книге указываются
торговые 
пути, 
перечисляются 
термины, 
употреблявшиеся 
в 
разных 
странах 
для
обозначения базаров и торговых пошлин, даются сведения о товарах, какие где следует
покупать, и вообще практические советы купцам. Пеголотти считает от Таны до Хаджи-
Тархана (Астрахани; старый город, разрушенный Тимуром в 1395 г., находился несколько
западнее нынешнего) 25 дней в арбах, запряженных волами, или 10—12 дней езды на
лошадях; оттуда до Сарая — 1 день водой”°, от Сарая до Сарайчика — 8 дней, также
водой; можно ехать и сухим путем, но это обходится дороже. От Сарайчика до Ургенча — 20
дней в арбах, запряженных верблюдами; от Ургенча до Отрара — 35 — 40 дней, тем же
способом. У кого есть товары, тому лучше заехать в Ургенч, так как здесь всякие товары
имеют хороший сбыт; у кого их нет, тому лучше ехать более кратким путем (к северу от
Аральского моря) из Сарайчика прямо в Отрар (50 дней). Пеголотти советует брать с собой
из Европы полотняные ткани, продавать их в Ургенче и там запасаться сомами, т.е.
слитками серебра, ходившими в татарских странах””. Эти подробные инструкции купцам
показывают, что если бы в эту эпоху Сарыкамыш соединялся с Аралом, т.е. если бы на пути
из 
Сарайчика 
в 
Ургенч 
приходилось 
переправляться 
через 
значительную 
озерную
поверхность, то Пеголотти не мог бы умолчать об этом. Ибн Баттута, как мы видели, также
не говорит ни слова о подобной переправе; о ней не упоминает и миссионер Пасхалис,
21