Позже, с 1901 г., мне удалось привлечь и другой, не использованный де Гуе материал. Выяснилось, что не только у Абулгази, исторические сообщения которого, по мнению де Гуе, находятся под влиянием ошибочных географических представлений, но и в значительно более ранних исторических сочинениях, в которых нельзя найти ни следа каких-либо географических предрассудков, Узбой предстает как русло Окса, наполненное водой. Рассказ подобного рода имеется у Хондемира, который как географ, подобно большинству своих современников, рабски переписывает сведения географов Х века и поэтому сообщает только об одном устье Окса (у Аральского моря). Это противоречие автора самому себе, естественно, более показательно для достоверности его исторических сообщений, чем взгляд, последовательно проводимый Абулгази. После этого открытия у меня не оставалось никакого сомнения, что точка зрения, представленная де Гуе и геологами, не может быть правильной. В это же время (1899) Туркестанский отдел императорского Русского гео- графического общества независимо от проблемы Окса решил еще раз исследовать Аральское море. Л.Берг, которому было дано это поручение, уже в 1901 г. опубликовал в журнале "Землеведение" краткое физико-географическое описание озера'?; в 1902 г. работы были почти окончены (только на северном берегу еще в 1906 г. проводились некоторые наблюдения; отношение Аральского моря к Сарыкамышу и Узбою Берг также рассматривал тогда в духе теории Коншина). Сначала результаты моих исследований были встречены в Туркестане с большим недоверием; поэтому мне пришлось, не беря на себя решение геологических и физико-географических вопросов, еще раз указать, на какое значение могут претендовать привлеченные мной согласно принципам исторической критики сообщения источников. После этого мне предложили в качестве приложения к "Научным результатам Аральской экспедиции" дать сводку исторических сведений об Аральском море и нижнем течении Окса. Однако вскоре выяснилось, что это возможно, выполнить только в виде самостоятельной монографии, а не в @форме короткой заметки, как того желало [Географическое] общество. Монография была напечатана летом 1902 г. в "Известиях" Общества и позже использована Л.Бергом в его работе "Аральское море. Опыт физико- географической монографии", вышедшей в 1908 году. И теперь взгляды Берга не совсем совпадали с результатами моих исследований; согласно Бергу, главный рукав Окса постоянно изливался в Аральское море, даже в период с ХИ по Х\/ в. только сравнительно небольшая часть вод реки могла, по его мнению, достигать Сарыкамыша и через Узбой Каспийского моря. Но теперь Берг признает, что этот последний факт нельзя больше оспаривать, и пытается показать, что геологические и физико-географические условия Узбоя также ни в коей мере не противоречат этому выводу исторического исследования. Учитывая это, не будет слишком смелым утверждать: судьбы проблемы Окса могут служить доказательством того, что научное познание иногда может быть больше продвинуто методами исторического исследования, которые столь часто подвергают сомнению, чем якобы безошибочными методами так называемых точных наук. Западноевропейская наука после де Гуе и Вальтера мало интересовалась проблемой Окса. Результаты моих исследований были приведены в ежегодных обзорах для "МЗО5$"'', составленных мною самим, но, кажется, остались без внимания, так же как и короткие заметки об этом в парижских "Аппа!\ев йе деодгар\с". Независимо от меня Ле Стрэндж'° в 1905 г. пришел к выводу, что, несмотря на утверждения де Гуе, данные Хамдаллаха Казвини, Хафиз-и Абру и Абулгази не могут быть опровергнуты. Де Гуе'° ответил на это ссылкой на свою монографию 1875 г. (которую Ле Стрэндж тоже цитировал); де Гуе сожа- леет, что в общем полезная книга Ле Стрэнджа в данном случае распространит "в корне неверное" представление. Что после 1875 г. были приведены новые доказательства факта впадения Окса в Каспийское море, явно не было известно тогда ни де Гуе, ни Ле Стрэнджу. Когда мне поручили составление статьи "Амударья" для "Энциклопедии ислама", то я, естественно, использовал и этот случай, чтобы обратить внимание западноевропейских ориенталистов на соответствующие сообщения источников; к сожалению, это смогло произойти лишь после кончины великого голландского ориенталиста, чье признание имело бы для меня наибольшую ценность. Если теперь, кроме этого, широкому кругу немецких читателей предлагается полный перевод моей монографии 1902 г., то это происходит только по желанию господина издателя этой серии. Русская работа, напечатанная в Ташкенте, была, естественно, в первую очередь предназначена для русского читателя в Средней Азии, что, понятно, не 4