Сведения об Аральском море и низовьях Амударьи с древнейших времен до Х\И века В. Бартольд ‚„.„Географам древности не были известны ни Аральское море, в которое, без сомнения, уже тогда впадал Яксарт и по крайней мере часть Окса, ни степное плато Устюрт, которое даже независимо от Аральского моря должно было преградить Яксарту — путь к Каспийскому морю... ПРЕДИСЛОВИЕ Как известно, так называемую проблему Окса — Амударьи и Арала, — которой посвящена настоящая работа, вышедшая на русском языке еще в 1902 г., многократно объявляли окончательно решенной. Возвращение к подобной проблеме может оправдаться только в том случае, если будет привлечен не использованный до сих пор материал источников и если этот материал будет иметь решающее значение для ответа на соответствующие вопросы. В данном случае можно еще добавить, что, пожалуй, ни в одной проблеме судьбы научной географии вообще не отражаются так отчетливо, как в этой. Недостаточность греческой науки обнаруживается здесь особенно отчетливо. Почти два столетия греческие наместники и правители царствовали на Оксе; на Каспийском море греческое владычество было менее продолжительным, но и за это время была снаряжена особая экспедиция для исследования моря, и все-таки грекам оставались неизвестными как устья Окса, так и география восточного берега Каспийского моря. Окс и Яксарт считались притоками Каспийского моря; расстояние между обеими реками в среднем течении, установленное уже во времена Александра, было перенесено на их устья. Географам древности не были известны ни Аральское море, в которое, без сомнения, уже тогда впадал Яксарт и по крайней мере часть Окса, ни степное плато Устюрт, которое даже независимо от Аральского моря должно было преградить Яксарту путь к Каспийскому морю. В таком виде известия о Каспийском море и его мнимых притоках были включены в труд Птолемея, в ко- тором греческая география достигла своей вершины и который еще полтора тысячелетия спустя считался высшим авторитетом в вопросах географии. Еще в ХУ веке "некоторые добрые друзья в университетах" упрекали честного Олеария, "почему он при составлении географической карты Персии и особенно Каспийского моря отошел от всемирно известных древних географов — Птолемея, Страбона, Дионисия, Александра и других". Когда арабы переняли культурную работу, прерванную в Европе, то в основу арабской географии был также положен труд Птолемея; однако, вероятно, ни в одной области арабы не превзошли своих греческих учителей так быстро и так основательно, как в этой. В первой половине Х века н.э. этот греческий фундаментальный труд впервые был переведен на арабский; арабские географы этого столетия сохраняли еще некоторые ошибочные сведения своих греческих источников, среди них сообщение о впадении Окса в Каспийское море. Но уже географам Х века мы обязаны тщательно разработанным, почти свободным от привнесенных географических ошибок описанием всех стран ислама от Пиренеев до Китая и Индии — достижением, которым может гордиться любой культурный народ и рядом с которым научная география греко-македонской и римской мировых держав не может поставить ничего равноценного. Значение этого достижения для проблем географии до сих пор не оценено полностью. Из географической литературы арабов мы узнаем, что соотношение между землями, пригодными для обработки, и пустыней в Персии и Средней Азии еще 1000 лет назад было примерно тем же, что и теперь. В отношении Персии на это указал уже В.Томашек". Несмотря на это, и ныне часто утверждают, что упадок культуры в этих странах следует объяснять не политическими, а климатическими